ПРАВА ЧЕЛОВЕКА

Журналисты часто задают вопрос: какой смысл заниматься правами человека, коль скоро "у нас уже воцарилась демократия". Они отождествляют демократию с властью большинства, доказательством чего - по их мнению - являются свободные честные выборы. Однако, как показывает история, власть большинства может оказаться очень жестокой по отношению к отдельным людям и различным меньшинствам. Именно большинство вынесло смертный приговор Сократу, и вряд ли мы сочтем, что это хорошо свидетельствует о политическом строе Афин. Если мы попросим группу людей составить список 10 или 20 признаков, характеризующих либо их самих, либо их положение, то окажется, что в таких списках преобладают свойства, характерные для меньшинств. Большинство же обычно забывает о проблемах меньшинств, а некоторые из этих проблем даже вызывают враждебность у большинства. Значит, неограниченная власть большинства является угрозой для отдельных лиц и групп. И поэтому в нашем понимании демократия - это ограниченная власть большинства, ограниченная всеми правами и свободами, полагающимися отдельным людям. И большинство не имеет права нарушать эти права и свободы. Итак, права и свободы человека ограничивают волю большинства.
Принцип ограниченной власти часто выступает под названием принципа конституционности. В наше время этот принцип находит свое отражение в главах конституции - это те главы, в которых речь идет о правах и свободах человека. Они ограничивают, в первую очередь, власть законодателя, ибо говорят, что члены парламента не могут поднятием руки взять да проголосовать за то, что завтра мы перевешаем всех воров, выгоним из Польши цыган или отнимем землю у землевладельцев. Итак, в демократическом обществе права и свободы человека определяют пределы власти большинства.
Одним из ключевых для области прав человека понятий является понятие правового государства. < > Правовое государство - это государство, в котором существуют четкие, стабильные и всем известные правила игры между человеком и властью. Это государство, в котором человек может довольно четко предусмотреть, как власти будут реагировать на его поведение, ибо в этом государстве правят не самоуправные чиновники и должностные лица, а четкий закон.
Естественно, правовое государство отнюдь не всегда является демократическим, а демократическое - правовым.
Права и свободы человека относятся исключительно к отношениям человека с государством. Это т. н. Вертикальное действие этих прав. Попытки применить методологию и терминологию прав человека к отношениям между людьми (т. н. горизонтальное действие этих прав) не оправдались, и говоря сегодня о правах человека, мы имеем в виду взаимоотношения между человеком и государством. И хотя семья, любовь, дружба или отношения с соседями являются источниками целого ряда прав и обязанностей, понятие прав человека к ним не применяется.
Права человека не коллективные, а индивидуальные.
Существуют две основные группы прав человека: материальные права и процессуальные права.
Это разделение не всегда четкое. Например, в некоторых случаях право на судебное разбирательство можно рассматривать как материальное (когда мы обращаемся в суд как к арбитру, который решит наш спор с другим человеком) а в других случаях (например, когда мы подаем жалобу в суд на организацию, которая нарушает наши права) - как процессуальное право.
Материальные права охватывают права и свободы. Права, иногда называемые позитивными правами, это активные обязанности властей по отношению к каждому из нас. Например, право на образование налагает на власти обязанность создать школы, в которых могут учиться все дети. И в данном случае не столь важно, как решается вопрос оплаты за образование, т. е. Предусматривается ли прямая оплата школы или уплата налогов в госбюджет, который выступает в роли посредника. А вот если ребенок не может получить образования в силу того, что - при первом из названных выше решений - нет эффективной системы выплаты стипендий, то нарушается право на образование. Точно так же, право на суд предполагает обязанность построить сеть судебных учреждений, в которые может обратиться каждый человек для разрешения важного для него дела.
Свободы, иногда называемые негативными правами, это налагаемые на власть запреты вмешиваться в те или иные области нашей жизни. Иначе говоря, если я имею на что-то право, то власти обязаны что-то для меня сделать. Если мне принадлежит свобода, то государство обязано воздержаться от каких-либо действий.
Некоторые права считаются неотъемлемыми. Это те права человека, от которых он не может отказаться. Подписанный человеком документ, в котором он отказывается от личной свободы и поступает к кому-то в рабство, не имеет никаких юридических последствий, то есть попросту лишен значения. Но мы можем распоряжаться своим имуществом и ограничить свое право собственности, так как право собственности не является неотъемлемым правом человека.
Поскольку все, что связано с правами и свободами, происходит на линии взаимоотношений человека с властью, то следует упомянуть о трех совершенно разных подходах к природе этих отношений.
Согласно первому подходу, первична - власть и именно власть, по своей милости, одаряет людей теми или иными правами. Это означает, что у людей ровно столько прав, сколько соблаговолила им дать власть. Такой подход представлен в конституциях всех коммунистических стран и в конституциях некоторых европейских государств, принятых в ХIX веке.
Второй подход базируется на модели общественного договора. Общественный договор заключают власть с одной стороны и народ как совокупность отдельных людей (и никак не в марксистском понимании общества как "нового качества" с присущими ему особыми интересами, независимыми от воли и интересов отдельных людей) с другой стороны. Те, кем правят, соглашаются давать правителям деньги, например, платить налоги, а правитель, со своей стороны, обязуется что-то для них делать: реализовать их права и воздерживаться от вмешательства в некоторые области их жизни, то есть, признавать их права.
Третий подход свойствен американскому мышлению. Люди, обладающие естественными, вытекающими из самой сущности человечности, правами и свободами, решают создать государство и назначить власть для того, чтобы им стало лучше и удобнее жить. И ради того, чтобы государство могло действовать, они в добровольном порядке соглашаются ограничить некоторые из своих прав, передавая их государству. Например, они соглашаются ограничить свои имущественные права и платят налоги или ограничивают свою свободу и - по мере надобности - соглашаются служить в армии.
Последняя из этих моделей коренным образом отличается от первой. При первом подходе у людей ровно столько прав, сколько им дает власть. При третьем подходе у власти столько прав, сколько ей согласились передать люди. Из этой разницы в подходах вытекают серьезные практические последствия. В этом легко убедиться, выбрав правовую норму и применяя ее к конкретному, хорошо подобранному случаю: в зависимости от того, будем ли мы придерживаться первого или третьего подхода к пониманию взаимоотношений между человеком и властью, мы придем к совершенно разным решениям. Это показывает, что даже в результате одних и тех же положений может формироваться совершенно иная общественная действительность. Третий подход, согласно которому властям дозволено только то, что допускается законом, а человеку - все то, что не запрещено по закону, и является основой концепции прав человека. Напомним, что мы занимаемся лишь только вопросом взаимоотношений человека с властью, и что положение, согласно которому человеку дозволено все, что не запрещено по закону, лишь только ограничивает возможности насильственного вмешательства государства в нашу жизнь, но не уменьшает наши нравственные обязательства по отношению к близким людям, соседям или людям вообще.
Основным для концепции прав человека является понятие неотъемлемого врожденного человеческого достоинства. < > Человеческое достоинство вытекает из самой сути человечества, оно присуще как младенцу, который еще ничего не успел сделать, так и матерому преступнику. Человеческое достоинство - это не то же самое, что достоинство личное - понятие, близкое понятию чести. Личное достоинство мы зарабатываем сами, оно растет, если мы ведем себя благородно, и падает, если мы совершаем подлость. < >
Наши права и свободы - это щит, прикрывающий нас, наше человеческое достоинство от посягательств со стороны государства. Права человека не в состоянии предоставить нам гарантии, что нас будут любить и холить, не гарантируют ни счастья в жизни, ни справедливости или хотя бы минимального благосостояния - они лишь защищают нас от унижений и посягательств на наше достоинство и то лишь только со стороны одного, но самого сильного нарушителя, т. е. государственной власти, что в демократии означает волю большинства. < >
Сам факт признания прав и свобод человека не имел бы сколь-нибудь существенного значения, если бы не существование процедур, благодаря которым каждый человек может защищаться от нарушений своих прав. Власти всегда склонны нарушать права, ибо так им и править легче, и более легким представляется путь к достижению идеалов. Эта склонность власти не связана с каким-либо конкретным строем и именно в связи с этим столь важно построение процедур, предотвращающих такие действия, препятствующих попыткам государства пренебречь своими обязанностями, пойти в обход правил.
В государствах с демократическими традициями в защите прав и свобод человека участвуют суды, в частности, конституционный и административный суд, парламентские уполномоченные по правам человека (омбудсмены). С этой целью используются институты гражданской законодательной инициативы и референдума, институт индивидуальной конституционной жалобы и петиции, прямое применение институтами государства конституции и международных договоров в области прав человека, неправительственные организации, которым закон предоставляет возможности действовать и др.
Некоторые нематериальные права, например, свобода слова, право на доступ к информации о работе государственных органов, свобода собраний и ассоциаций, следует рассматривать не только как ценности, которые необходимо защищать, но и как инструменты, способствующие защите других прав. Наконец, следует сказать, что легче защищать права человека, если в государстве существует соответствующий политический строй, действует принцип разделения властей - законодательной, исполнительной и судебной, - которые контролируют друг друга. < >
Склонность ограничивать права личности - имманентное свойство власти как таковой. В частности, это относится и к власти большинства. И поэтому никогда не исчезнет потребность в общественном движении в защиту прав человека. Сегодня мы уже знаем, что чем сильнее демократия, тем сильнее и тем больше организаций, защищающих от посягательств властей индивидуальный и неповторимый характер каждого человека.
В странах, где демократия действует уже давно, люди заметили, что намного легче бороться, если действовать вместе. Я наблюдал это в Норвегии. Среднестатистический норвежец является членом 22 или 23 неправительственных организаций. Он может не быть официальным членом, но тем или иным способом подключается к их работе. Это огромное количество организаций - от любителей кататься на лыжах до тех, которые протестуют против продажи алкоголя. И очень важно, чтобы законодательство помогало организациям такого типа.
Иногда относительно неправительственных организаций употребляется термин "Grass Roots Activity" - активность "корней травы". Корни травы слабые, их легко разорвать, но если таких организаций много - много "корней травы" - они могут объединиться и получится нечто такое, что очень трудно разорвать, что будет защищать человека от большинства и от правительства, которое представляет это большинство.